Неточные совпадения
Действия начались блистательно: читатель, без сомнения, слышал так часто повторяемую историю об остроумном путешествии испанских баранов, которые, совершив переход через границу в двойных тулупчиках, пронесли под тулупчиками
на миллион брабантских кружев.
На вопрос, не делатель ли он фальшивых бумажек, он отвечал, что делатель, и при этом случае рассказал анекдот о необыкновенной ловкости Чичикова: как, узнавши, что в его доме находилось
на два
миллиона фальшивых ассигнаций, опечатали дом его и приставили караул,
на каждую дверь по два солдата, и как Чичиков переменил их все в одну ночь, так что
на другой день, когда сняли печати, увидели, что все были ассигнации настоящие.
— Поверите ли, ваше превосходительство, — продолжал Ноздрев, — как сказал он мне: «Продай мертвых душ», — я так и лопнул со смеха. Приезжаю сюда, мне говорят, что накупил
на три
миллиона крестьян
на вывод: каких
на вывод! да он торговал у меня мертвых. Послушай, Чичиков, да ты скотина, ей-богу, скотина, вот и его превосходительство здесь, не правда ли, прокурор?
Русь! вижу тебя, из моего чудного, прекрасного далека тебя вижу: бедно, разбросанно и неприютно в тебе; не развеселят, не испугают взоров дерзкие дива природы, венчанные дерзкими дивами искусства, города с многооконными высокими дворцами, вросшими в утесы, картинные дерева и плющи, вросшие в домы, в шуме и в вечной пыли водопадов; не опрокинется назад голова посмотреть
на громоздящиеся без конца над нею и в вышине каменные глыбы; не блеснут сквозь наброшенные одна
на другую темные арки, опутанные виноградными сучьями, плющами и несметными
миллионами диких роз, не блеснут сквозь них вдали вечные линии сияющих гор, несущихся в серебряные ясные небеса.
В то время образовалось сильное общество контрабандистов обдуманно-правильным образом;
на миллионы сулило выгод дерзкое предприятие.
«Ребята, вперед!» — кричит он, порываясь, не помышляя, что вредит уже обдуманному плану общего приступа, что
миллионы ружейных дул выставились в амбразуры неприступных, уходящих за облака крепостных стен, что взлетит, как пух,
на воздух его бессильный взвод и что уже свищет роковая пуля, готовясь захлопнуть его крикливую глотку.
Как любопытно всматривался я в каждую росинку, трепещущую
на широком листке виноградном и отражавшую
миллионы радужных лучей! как жадно взор мой старался проникнуть в дымную даль!
Отрезать весь
миллион и все
на один вопрос о комфорте свести!
Гениальные люди из
миллионов, а великие гении, завершители человечества, может быть, по истечении многих тысячей
миллионов людей
на земле.
Выйду сейчас, пойду прямо
на Петровский: там где-нибудь выберу большой куст, весь облитый дождем, так что чуть-чуть плечом задеть, и
миллионы брызг обдадут всю голову…» Он отошел от окна, запер его, зажег свечу, натянул
на себя жилетку, пальто, надел шляпу и вышел со свечой в коридор, чтоб отыскать где-нибудь спавшего в каморке между всяким хламом и свечными огарками оборванца, расплатиться с ним за нумер и выйти из гостиницы.
Миллион козацких шапок высыпал вдруг
на площадь.
И ни то, ни другое не давало не только ответа, но ни малейшего намека
на то, что ему, Левину, и всем русским мужикам и землевладельцам делать с своими
миллионами рук и десятин, чтоб они были наиболее производительны для общего благосостояния.
— Вам хорошо говорить, — сказала она, — когда у вас
миллионы я не знаю какие, а я очень люблю, когда муж ездит ревизовать летом. Ему очень здорово и приятно проехаться, а у меня уж так заведено, что
на эти деньги у меня экипаж и извозчик содержатся.
Обе несомненно знали, что такое была жизнь и что такое была смерть, и хотя никак не могли ответить и не поняли бы даже тех вопросов, которые представлялись Левину, обе не сомневались в значении этого явления и совершенно одинаково, не только между собой, но разделяя этот взгляд с
миллионами людей, смотрели
на это.
— Это слово «народ» так неопределенно, — сказал Левин. — Писаря волостные, учителя и из мужиков один
на тысячу, может быть, знают, о чем идет дело. Остальные же 80
миллионов, как Михайлыч, не только не выражают своей воли, но не имеют ни малейшего понятия, о чем им надо бы выражать свою волю. Какое же мы имеем право говорить, что это воля народа?
И каждое не только не нарушало этого, но было необходимо для того, чтобы совершалось то главное, постоянно проявляющееся
на земле чудо, состоящее в том, чтобы возможно было каждому вместе с
миллионами разнообразнейших людей, мудрецов и юродивых, детей и стариков — со всеми, с мужиком, с Львовым, с Кити, с нищими и царями, понимать несомненно одно и то же и слагать ту жизнь души, для которой одной стоит жить и которую одну мы ценим.
Все удивительные заключения их о расстояниях, весе, движениях и возмущениях небесных тел основаны только
на видимом движении светил вокруг неподвижной земли,
на том самом движении, которое теперь передо мной и которое было таким для
миллионов людей в продолжение веков и было и будет всегда одинаково и всегда может быть поверено.
И если вспомнить, что все это совершается
на маленькой планете, затерянной в безграничии вселенной, среди тысяч грандиозных созвездий, среди
миллионов планет, в сравнении с которыми земля, быть может, единственная пылинка, где родился и живет человек, существо, которому отведено только пять-шесть десятков лет жизни…
Значит, милый друг, надобно фабричный котел расширять в расчете
на миллионы дешевых рук.
Во всех этих людях, несмотря
на их внешнее различие, Самгин почувствовал нечто единое и раздражающее. Раздражали они грубоватостью и дерзостью вопросов, малограмотностью, одобрительными усмешечками в ответ
на речи Маракуева. В каждом из них Самгин замечал нечто анекдотическое, и, наконец, они вызывали впечатление людей, уже оторванных от нормальной жизни, равнодушно отказавшихся от всего, во что должны бы веровать, во что веруют
миллионы таких, как они.
— Мы почти уже колония. Металлургия наша
на 67 процентов в руках Франции, в деле судостроения французский капитал имеет 77 процентов. Основной капитал всех банков наших 585
миллионов, а иностранного капитала в них 434; в этой — последней — сумме 232
миллиона — французских.
Миллион выиграть
на скачках или в карты, царя убить, Думу взорвать, всё равно — что.
— Был
на закрытом докладе Озерова. Думцы. Редактора. Папаша Суворин и прочие, иже во святых. Промышленники, по производствам, связанным с сельским хозяйством, — настроены празднично. А пшеница в экспорт идет по 91 копейке, в восьмом году продавали по рубль двадцать. — Он вытащил из кармана записную книжку и прочитал: — «В металлургии капитал банков 386
миллионов из общей суммы 439, в каменноугольной — 149 из 199». Как это понимать надо?
Обратились и — нашли, что Говорков — прав, а Хотяинцев утешительно сообщил, что для суждения о спокойствии страны существуют более солидные факты: ассигновка
на содержание тюрем увеличена до двадцати девяти
миллионов, кредиты
на секретные расходы правительства тоже увеличены.
— Общество, построенное
на таких культурно различных единицах, не может быть прочным. Десять
миллионов негров Северной Америки, рано или поздно, дадут себя знать.
— В Москве революционеры
на банк напали, цапнули денег около
миллиона. — И, отдуваясь, сказал с явной досадой, хрипло...
Я
миллионы на революцию дам.
Когда Самгин восхищался развитием текстильной промышленности, Иноков указывал, что деревня одевается все хуже и по качеству и по краскам материи, что хлопок возят из Средней Азии в Москву, чтоб, переработав его в товар, отправить обратно в Среднюю Азию. Указывал, что, несмотря
на обилие лесов
на Руси, бумагу
миллионами пудов покупают в Финляндии.
А он вот хочет деревню отрубами раскрошить, полагая, что создаст
на русских-то полях американских фермеров, а создать он может токмо
миллионы нищих бунтарей,
на производство фермеров у него как раз сельскохозяйственного инвентаря не хватит, даже если он половинку России французским банкирам заложил бы.
Англичане — наиболее отвечают понятию нация, это народ одной крови, крепко спаянный этим единством в некую монолитную силу, которая заставляет работать
на нее сотни
миллионов людей иной крови.
Вральман. Не крушинься, мая матушка, не крушинься; какоф тфой тражайший сын, таких
на сфете
миллионы,
миллионы. Как ему не фыпрать сепе кампаний?
Лет двенадцать назад, еще до китайской войны, привоз увеличился вдвое, то есть более, нежели
на сумму тридцать
миллионов серебром, и привоз опиума составлял уже четыре пятых и только одну пятую других товаров.
Но как весь привоз товаров в колонию простирался
на сумму около 1 1/2
миллиона фунт. ст., и именно: в 1851 году через Капштат, Саймонстоун, порты Елизабет и Восточный Лондон привезено товаров
на 1 277 045 фунт. ст., в 1852 г.
на 1 675 686 фунт. ст., а вывезено через те же места в 1851 г.
на 637 282, в 1852 г.
на 651 483 фунт. ст., и таможенный годовой доход составлял в 1849 г. 84 256, в 1850 г. 102 173 и 1851 г. 111 260 фунт. ст., то нельзя и из этого заключить, чтобы англичане чересчур эгоистически заботились о своих выгодах, особенно если принять в соображение, что большая половина товаров привозится не
на английских, а
на иностранных судах.
Много попадалось птиц, жужжали
миллионы насекомых;
на камнях часто видели мы разноцветных ящериц, которые выползали
на солнце погреться.
Тридцать пять лет назад в целый Китай привозилось европейцами товаров всего
на сумму около пятнадцати
миллионов серебром.
Солнце не успело еще догореть, вы не успели еще додумать вашей думы, а оглянитесь назад:
на западе еще золото и пурпур, а
на востоке сверкают и блещут уже
миллионы глаз: звезды и звезды, и между ними скромно и ровно сияет Южный Крест!
Сумма привоза простирается свыше полутора
миллиона пиастров, иногда доходит до двух; вывозится
миллиона на три…
Следовательно, ежели человек, произведший в свою пользу отчуждение
на сумму в несколько
миллионов рублей, сделается впоследствии даже меценатом [Мецена́т — покровитель искусств.] и построит мраморный палаццо, в котором сосредоточит все чудеса науки и искусства, то его все-таки нельзя назвать искусным общественным деятелем, а следует назвать только искусным мошенником.
Будет тысячи
миллионов счастливых младенцев и сто тысяч страдальцев, взявших
на себя проклятие познания добра и зла.
Но я тогда встану и укажу тебе
на тысячи
миллионов счастливых младенцев, не знавших греха.
— Так и отдаст тебе польский игрок
миллион! — воскликнул Митя, но тотчас спохватился. — Прости, пане, виновен, вновь виновен, отдаст, отдаст
миллион,
на гонор,
на польску честь! Видишь, как я говорю по-польски, ха-ха! Вот ставлю десять рублей, идет — валет.
Петр Александрович Миусов, человек насчет денег и буржуазной честности весьма щекотливый, раз, впоследствии, приглядевшись к Алексею, произнес о нем следующий афоризм: «Вот, может быть, единственный человек в мире, которого оставьте вы вдруг одного и без денег
на площади незнакомого в
миллион жителей города, и он ни за что не погибнет и не умрет с голоду и холоду, потому что его мигом накормят, мигом пристроят, а если не пристроят, то он сам мигом пристроится, и это не будет стоить ему никаких усилий и никакого унижения, а пристроившему никакой тягости, а, может быть, напротив, почтут за удовольствие».
— Клянусь, Алеша, — воскликнул он со страшным и искренним гневом
на себя, — верь не верь, но вот как Бог свят, и что Христос есть Господь, клянусь, что я хоть и усмехнулся сейчас ее высшим чувствам, но знаю, что я в
миллион раз ничтожнее душой, чем она, и что эти лучшие чувства ее — искренни, как у небесного ангела!
Воспитаем так не одного, а
миллионы людей, и потом поймаем одного и воображаем себе, что мы что-то сделали, оградили себя, и что больше уже и требовать от нас нечего, мы его препроводили из Московской в Иркутскую губернию, — с необыкновенной живостью и ясностью думал Нехлюдов, сидя
на своем стуле рядом с полковником и слушая различные интонации голосов защитника, прокурора и председателя и глядя
на их самоуверенные жесты.
Досказав всю историю и всю гадость ее и еще с особенным удовольствием историю о том, как украдены разными высокопоставленными людьми деньги, собранные
на тот всё недостраивающийся памятник, мимо которого они проехали сегодня утром, и еще про то, как любовница такого-то нажила
миллионы на бирже, и такой-то продал, а такой-то купил жену, адвокат начал еще новое повествование о мошенничествах и всякого рода преступлениях высших чинов государства, сидевших не в остроге, а
на председательских креслах в равных учреждениях.
Пользуясь постройкой бань, Гонецкий в какие-нибудь несколько месяцев обменял
на банковские чеки, подписанные его женой, свои прежние долговые обязательства, которые исчезли в огне малахитового камина в кабинете «отставного ротмистра гвардии», променявшего блеск гвардейских парадов
на купеческие
миллионы.
Найдены были пачки просроченных векселей и купонов, дорогие собольи меха, съеденные молью, и рядом — свертки полуимпериалов более чем
на 50 тысяч рублей. В другой пачке —
на 150 тысяч кредитных билетов и серий, а всего состояния было более 30
миллионов.
Братья Стрельцовы — люди почти «в
миллионах», московские домовладельцы, староверы, кажется, по Преображенскому толку, вся жизнь их была как
на ладони: каждый шаг их был известен и виден десятки лет. Они оба — холостяки, жили в своем уютном доме вместе с племянницей, которая была все для них: и управляющей всем хозяйством, и кухаркой, и горничной.
Никого и ничего не боялся Рудников. Даже сам Кулаков, со своими
миллионами, которого вся полиция боялась, потому что «с Иваном Петровичем генерал-губернатор за ручку здоровался», для Рудникова был ничто. Он прямо являлся к нему
на праздник и, получив от него сотенную, гремел...
Раздался общий смех. Оказалось, что не он один, все не спали, но никому первому не хотелось вставать и раскладывать дымокуры. Минуты через две разгорелся костер. Стрелки смеялись друг над другом, опять охали и ругались. Мало-помалу
на биваке стала водворяться тишина.
Миллионы комаров и мошек облепили мой комарник. Под жужжание их я начал дремать и вскоре уснул крепким сном.